Седьмая чаша - Страница 174


К оглавлению

174

— Он ждет нас, — тихо сказал я.

После того как мы перекусили, не оставалось ничего другого, кроме как дожидаться рассвета. Все молчали. Настоятель Бенсон сидел в сторонке от всех и делал вид, что читает. Книга тряслась в его пухлых руках. Некоторые из людей сэра Томаса и примкнувший к ним Барак, желая перехватить хоть капельку сна, закрыли глаза и тихонько посапывали. Я же устроился у открытого ставня и смотрел наружу. Свет за окном начинал меняться, небо из чернильно-черного сделалось темно-серым. Начали просыпаться птицы, и вскоре чириканье нескольких пернатых перешло в неумолкающий щебет, раздававшийся отовсюду.

Рассел вопросительно посмотрел на сэра Томаса. Тот кивнул и встал. Те из мужчин, которые не спали, принялись тормошить своих задремавших товарищей. В комнате нарастало напряжение.

— Пора браться за дело, — провозгласил сэр Томас. — Подойдите сюда все и внимательно рассмотрите эту схему.

Когда все собрались вокруг стола, сэр Томас, указывая на план рукой в шелковой перчатке, заговорил:

— Восемь человек я расставлю вокруг дома, в лесных зарослях. Остальные вместе со мной входят в дом. В том числе и вы, Барак.

Он повернул голову к тому месту, где стоял я, и словно впервые заметил меня.

— Что до вас, мастер горбун, то я хочу, чтобы вы тоже вошли с нами в дом. Убийца выказал неподдельный интерес к вашей персоне.

— Очень хорошо, — ответил я.

Мое сердце прыгало, как загнанный кролик.

— Коронер Харснет, вы тоже отправитесь с нами, но я не хочу, чтобы вы входили в дом. Гудридж, вы поведете нас туда: вы знаете дорогу. Вы же, настоятель Бенсон, можете пока протирать этот стул своей круглой толстенькой задницей.

Настоятель с облегчением вздохнул.

Когда мы выходили из гостиницы, я слышал, как управляющий предложил своему хозяину скрыть нарядный костюм под плащом. Тот со вздохом уступил и набросил на плечи плащ, принесенный хозяином гостиницы. Я заметил, с каким отвращением сэр Томас смотрел на грубую ткань, и подумал, что многих высокопоставленных господ спасает от собственной глупости ум и сообразительность их слуг. Во дворе стояло несколько ушатов, наполненных грязью, и Рассел велел нам натереть ею лица, чтобы не быть замеченными во время наблюдения за домом. Сеймур, увидев, что я наблюдаю за ним, скорчил недовольную мину, а я в очередной раз подивился: чем же я ему так не нравлюсь? Быть может, просто мой вид оскорблял его представления о том, каким должен быть и как обязан выглядеть мужчина?

Мы ехали по узким деревенским тропам. Над полями поднималось солнце, высвечивая деревья, только что одевшиеся в прозрачный наряд из новых молодых листочков. Навстречу нам попалась женщина с двумя ведрами, соединенными ремнем и переброшенными через плечо. Она шла на дойку в луга, где паслись тучные коровы, собственно говоря и давшие название этому местечку. Из труб нескольких бедных домов, ютившихся вдоль дороги, шел дым, но никто из их обитателей еще не вышел, чтобы пахать или сеять. Женщина с изумлением во взгляде проводила глазами отряд вооруженных людей.

— Очень скоро по городу поползут слухи, — заметил Барак.

Вскоре мы добрались до лесистой полосы, тянувшейся вдоль дороги. Дом стоял в самом центре опушки, и, прежде чем углубиться в лес, мы увидели его из-за деревьев. Из высокой каменной трубы вился дымок. Рассел шепотом приказал своим людям двигаться по лесу, производя как можно меньше шума.

Мы медленно крались вперед, к границе леса, и вскоре оказались перед прогалиной, заросшей высокой некошеной травой. Посередине нее находился дом. Все окна были закрыты, и, если бы не печной дым, это жилище выглядело бы совсем заброшенным. Стены заросли плющом и зелеными пятнами лишайника.

Рассел, командуя с помощью жестов и шепота, назначил своим людям позиции за деревьями. Вокруг нас громко щебетали птицы. Четкость действий управляющего и изрядное число наших бойцов вселили в меня надежду, что, возможно, хоть теперь удача будет на нашей стороне.

— Интересно, чем там занят Годдард? — прошептал Харснет, склонившись к моему уху.

— Чем бы он там ни занимался, на этот раз мы точно загнали его в угол, — откликнулся Барак.

— Это мы скоро узнаем, — мрачно изрек Харснет.

— Если мы поймаем Годдарда, то он должен быть убит? — спросил я. — Не это ли имел в виду Кранмер, когда говорил, что дело должно быть закрыто сегодня же, тихо и тайно?

— А вы придерживаетесь иной точки зрения?

— Это выходит за рамки моих убеждений.

— Мне это тоже не по душе, ведь я также законник. — Коронер посмотрел на меня. — Но разве мы можем привлечь его к суду, сделав таким образом достоянием гласности тот факт, что архиепископ и Сеймуры в частном порядке охотились на человека? Кроме того, он нечистое создание, а таких должно бесшумно уничтожать вдали от света.

Я посмотрел туда, где, погруженные в негромкий разговор, стояли сэр Томас, Рассел и глава магистрата Гудридж.

— Мы все здесь пешки в политической игре, мастер Харснет, — проговорил я под влиянием целой волны разных чувств, нахлынувших вдруг на меня.

— Но кто переставляет эти фигуры? Кто-то может думать, что король, но я считаю, это Всевышний распоряжается своими слугами в соответствии со своим великим промыслом.

— Эта шахматная стратегия Бога очень дорого обходится многим людям, Грегори.

Глава 41

К нам неслышно подошел Рассел, и мы разом повернулись.

— Мы готовы начать, — сказал он. — В дом войдут сэр Томас, я, Барак, мастер Шардлейк и еще шестеро других. Всего десять человек. Мы подбежим к дому, ворвемся внутрь и тут же разделимся на группы. Две группы по два человека обыщут верхний этаж, две другие — нижний. Остальные люди останутся в лесу, готовые схватить преступника, если тому удастся выбраться из дома.

174